Элементы профайлинга в инструментальной детекции лжи при кадровом скрининге

Основные понятия

В статье используются как классические термины психологии и психофизиологии, так и относительно новые, принятые в профайлинге: СПФИ, профайлинг, метод наблюдения, невербальное поведение и другие.

Цели и задачи кадрового скрининга

Традиционными целями кадрового скрининга является установление степени благонадежности кандидата на работу через выявление в прошлом опыте опрашиваемого лица событий, связанных с факторами риска – причастности к фактам уголовно наказуемых деяний, административных правонарушений, наличие зависимостей (алкоголизм, наркомания, игромания), факты нанесения ущерба прошлым работодателям через хищения товарно-материальных ценностей, разглашение конфиденциальной служебной информации, злоупотребление служебным положением и т.д. Свои задачи кадровый скрининг решает подготовкой и проведением специальных психофизиологических исследований с использованием полиграфа (в дальнейшем СПФИ), которые включают в себя 3 составные процедурные части: предтестовую беседу, где выясняется предварительная информация о кандидате с анкетными данными, краткой деловой биографией, готовятся вопросы тестирования применительно к данному индивиду, саму процедуру тестирования, в которой к испытуемому подсоединяются датчики и задаются вопросы и послетестовую беседу, где обсуждаются предварительные результаты и сглаживается эмоциональная напряженность процедуры. Согласно классическому подходу к процедуре СПФИ главным ее результатом являются полученные полиграммы (реактограммы), которые отражают степень значимости  для испытуемого тех или иных стимулов (вопросов). И поэтому задача СПФИ  традиционно рассматривалась в получении как можно более показательных, более наглядных ярко выраженных  полиграмм, что через однозначное толкование или интерпретацию свидетельствовало бы о высокой достоверности полученных результатов. С такой точкой зрения трудно не согласиться, особенно в форматах СПФИ в служебных разбирательствах или экспертизах по уголовным делам. Как же происходит коммуникативный процесс между участниками процедуры (полиграфологом и испытуемым) в классическом СПФИ? В целом, на этапах предтестового и послетестового интервью  основной поток информации идет от полиграфолога к испытуемому. В предтестовой беседе специалист обязан решить, по крайней мере, 2 задачи: 1)подготовить испытуемого к тестированию с точки зрения оптимального психофизиологического состояния. Т.е., испытуемый не должен быть слишком расслабленным или слишком напряженным. 2) разъяснением смысла проверочных вопросов достичь единого  и однозначного понимания, т.о., выполнить условие научности предстоящего эксперимента (а СПФИ – именно эксперимент) с точки зрения критерия валидности. Т.е формулировка проверочных вопросов должна точно измерять степень значимости указанного заказчиком фактора риска. К примеру, вопрос о получении откатов применим к менеджерам по закупкам и совершенно некорректен в отношении, скажем, грузчиков.

Обратный информационный процесс от испытуемого к полиграфологу в традиционном СПФИ имел формализованное воплощение лишь в виде полиграмм, которые согласно научному критерию воспроизводимости результатов можно было повторить либо через некоторое время, либо другими специалистами.  История развития полиграфного метода продемонстрировала, что таких формальных результатов, особенно в формате кадрового скрининга  в силу вероятностного характера метода часто бывает недостаточно для принятия решения о причастности или непричастности испытуемого к негативным факторам. Это привело к тому, что еще с середины 20 века полиграфологи США для принятия окончательного вывода по испытуемому стали  применять так называемый «клинический» подход, т.е. помимо оценки полиграмм во внимание принималось оценка всего поведения испытуемого во время СПФИ, включая как его вербальный компонент (текст сообщения), так и невербальный – расположение тела в пространстве, движения конечностей, пантомимику, мимику и выражение эмоций. Относясь с разумной осторожностью к применению клинического подхода в частных или уголовных расследованиях, нельзя не отметить его эффективность именно в кадровом скрининге, т.к. последний ограничен в своих возможностях многотемностью исследуемых факторов риска (доходит до 2-х десятков) и временем проведения (не более 2-х часов).

Цели и задачи профайлинга

В 21 веке на примере развития методов установления истины в России наблюдается интересное явление. Возникнув в недрах инструментального метода детекции лжи, т.е. с использованием полиграфа, метод наблюдения за невербальным и вербальным поведением испытуемого  в коммуникациях установления истины приобрел самостоятельную жизнь и даже получил свое название – «профайлинг». И хотя этот термин пришел с Запада и поначалу обозначал (от англ. рrofail – профилирование) составление поискового психологического портрета по следовой картине места преступления, то ныне он получил более широкое толкование и понимается как совокупность психологических методов и методик оценки и прогнозирования поведения человека на основе анализа наиболее информативных частных признаков, характеристик внешности, невербального и вербального поведения.

Например, авиационный «профайлинг служит для обозначения технологии наблюдения и опроса пассажиров в ходе предполетного досмотра с целью выявления потенциально опасных лиц» (3. С.138.). В Москве даже создана целая Академия лжи, которая имеет лицензию на образовательную деятельность и которую возглавляет один из лучших специалистов в области безынструментальной детекции лжи Евгений Спирица. В этой школе различают 2 направления профайлинга – профайлинг как метод составления психологического профиля преступника и профайлинг как метод верификации вербального и невербального поведения подозреваемого на предмет установления причастности или непричастности к инкриминируемому событию.   Компания «Энергия» активно сотрудничает с «Академией лжи» и взяла на вооружение некоторые элементы профайлинга, которые успешно применяются в СПФИ в кадровом формате.

(продолжение следует)

 

Головин А.В. (Эксперт-полиграфолог компании «Энергия», Москва)