Серебряный завод

26 Ноя от Мастерская психофизиологии

Серебряный завод

В 2010 году договоров с Саратовской прокуратурой более не было. В результате создания Следственного комитета и реорганизации туда  взяли в штат своего специалиста. Моя компания осталась без постоянного заказчика и соответственно дохода. Пришлось отказаться от дорогого офиса в центре города и работать на выезде, перебиваясь заказами от случая к случаю. По сарафанному радио обычно обращались руководители небольших фирм для проведения служебных расследований, но в финансовом смысле погоды это не делало. Поэтому в январе 2010 года я был обрадован телефонному звонку директора завода, производящего ювелирные украшения из серебра, т.к. ожидал большую и высоко оплачиваемую работу.  Договорились о встрече в кафе. Фактически впервые разговаривал с клиентом вне офиса и поэтому чувствовал себя несколько неудобно.  Гендиректор завода, аристократического вида, ухоженная женщина средних лет, отнеслась к этому спокойно, сказав, что в этой встрече она выступает лишь как посредник с целью выяснить условия. Основной разговор состоится с владельцем завода непосредственно на месте. Завод находился за городом, куда в зимнюю непогоду, застревая в снежных колеях, я приехал уже через несколько дней на своем «Матизе». Хозяин предприятия вместе с начальником СБ рассказали фабулу происшествия. Ожидания, что надо будет расследовать хищения серебряных драгоценностей,  оказались далеки от реальности. Цена вопроса – десять тысяч рублей, пропавших со стола секретаря в приемной гендиректора.

— Дело в принципе, — заявил хозяин,  — у меня режимное предприятие и крысу надо выявлять в зародыше. Это хорошо, что кража так проявилась — по-мелкому. А если бы случилось что-то более серьезное — по драгметаллам? Мало того, что уголовщина для вора, так еще и предприятие проверками  замучают, а там уж обязательно к чему-нибудь придерутся. Поэтому Вам карт-бланш.  Главное, не только найти вора, но и получить убедительные доказательства, поскольку они будут обнародованы для коллектива. Люди должны быть уверены в объективности результатов расследования.

В который раз убеждаюсь, что всякий заказчик в таких случаях хочет не столько вернуть деньги, сколько вернуть здоровую атмосферу в жизнь коллектива. Вообще, возврат украденного, согласно моей практике, весьма редок – дай бог, пятая часть всех расследований. Подспудная цель оздоровления психологического климата в большинстве случаев оказывается главной.

В круг подозреваемых попало ровно 13 человек, которые согласно видеозаписи камер наблюдения в общем коридоре в означенный промежуток времени с 16-ти до 17-ти часов заходили в приемную. Видеокамеры в самой приемной не было. Единственное большое помещение в конторе завода – кабинет гендиректора, где с одной стороны кучкуясь возле огромного стола, собрались хозяйка кабинета, хозяин предприятия с супругой, начальник СБ, ваш покорный слуга и оператор, производящий видеосъемку. С другой стороны «баррикад» находились 13 подозреваемых. «Баррикадами» были два дивана и кресло, где расселись все будущие испытуемые. Мой любимый конек – предварительное общее собрание, на котором участники знакомятся с ситуацией с регламентом расследования. Даже по тому, кто, где садится, видны признаки неосознанного дистанцирования, сокрытия виновного тела в гуще других. За годы работы статистика загадывания некоего числа из предложенного списка показала явное стремление испытуемых подчеркнуть число, находящееся как можно ближе к центру. Как листок дерева прячут в лесу среди других листьев, так и задуманное число отмечают в середине.  Неудивительно, что именно там и затихарился основной подозреваемый. Да и в процессе обсуждения, ответов на вопросы этот человек проявлял минимум активности. Хотя, конечно, это еще ни о чем не говорит. Так, маленькие, маленькие капельки в бадью причастности. Основная цель собрания – создать у коллектива нужную психологическую установку. Давление — расслабление. Натянуть вожжи — отпустить. Во-первых, подчеркивается серьезность ситуации через противопоставление руководства и подозреваемых (мы стоящие, доминируем над сидящими), через намеки на возбуждение уголовного дела по результатам проверки. К тому же полиграфологу, как какому-нибудь средневековому островитянину-каннибалу полезно побить себя в грудь, продемонстрировать все свои бусы-регалии через многолетний профессиональный опыт, в том числе по уголовным делам, в сравнении с которыми данное разбирательство – сущий пустяк, который мне на один чих.  Ну, и т.д. – «кнут» во всей красе, задача которого убедить аудиторию в том, что «вор будет установлен неминуемо», со 100% вероятностью. Пауза-выдох. Можно отпустить вожжи, и рассказать о позитивной стороне дела. В качестве «пряника» озвучиваются две вещи: главная социальная цель – оздоровление коллектива, чтобы никто ни на кого не оглядывался, не вымысливал дурное, не шептался по углам. А для человека, который признается, пусть анонимно, по телефону, будет предоставлена возможность уволиться по-тихому по собственному желанию, безо всяких последствий.

После собрания гендиректор с улыбкой делает мне респект: – Это было нечто, даже самой вдруг захотелось в чем-то признаться! Я отвечаю, что одна из целей собрания как раз и заключается в том, чтобы подтолкнуть виновного человека к признанию, дать возможность «спасти лицо». И хотя вероятность такого результата невелика (из нескольких десятков моих служебок признаний было всего 4 или 5), все же она есть и позволяет сэкономить заказчику деньги, а мне — время.

В этом расследовании некое условное признание было получено, но только в самом конце, после предъявления результатов тестирования виновному в присутствии владельца компании. «Условное» означает, что всем своим видом человек согласился с полученными аргументами, хотя словами и отрицал, но при этом бледнел, мямлил, и с видимым облегчением узнал, что несчастные 10 тысяч рублей с него не удержат, а просто уволят по собственному желанию.  Для специалистов-верификаторов такое поведение прозрачно. Студентам люблю демонстрировать фрагмент футбольного матча с двумя эпизодами назначенных судьей штрафных. Если штрафной не объективен, не справедлив, то футболист готов разорвать на себе футболку и набить морду судье, с чем солидарны болельщики, требующие приготовить из последнего моющее средство. Вот она энергия правды! И наоборот. При справедливом штрафном футболист и стадион ведут себя достаточно спокойно. Впрочем, до этого финального разговора прошло несколько дней напряженной работы.

Дома внимательно просматриваю видеозапись собрания и формирую список собеседования, куда наиболее вероятных по признакам поведения подозреваемых ставлю ближе к середине. Если виновный в краже маскирует свое участие, то я маскирую ход расследования. В целом и в предварительных беседах и полиграфном тестировании следую принципу «от периферии к центру». Это помогает собрать максимум информации к главному ключевому противостоянию.

Первая беседа по детективным  правилам всегда проводится с тем человеком, который заявил о пропаже. Для молоденькой секретарши, жительницы близлежащего поселка, не имеющей ни высшего образования, ни семьи, ни эффектной внешности, сам факт наличия стабильной работы является сверхмотиватором.  То и дело всхлипывая, она рассказала, что как обычно, собирала деньги на день рождение одного из сотрудников и к тому моменту  накопила как раз 10 тысяч рублей. Работники, сдававшие деньги, конечно видели, как она складывала их в конверт, который находился на видном месте ее рабочего стола в лотке для бумаг. Время  пропажи она помнит более или менее точно, поскольку записала фамилию последнего сотрудника сдавшего деньги около 4-х часов дня. А следующий человек с деньгами пришел уже через час, в течение которого она несколько раз отлучалась с рабочего места. На глазах сотрудника она сунулась в лоток, а конверта то и нет. 10-15 минут истеричного поиска пропажи не только в столе, но и по всей приемной ни к чему не привели. Пришлось заявлять о пропаже гендиректору. – Она на меня так посмотрела, так посмотрела, лучше бы накричала, — поделилась своими переживаниями девушка. — Я, конечно, на следующий день покрыла недостачу, заняв деньги у  знакомых. Но боюсь, что теперь меня уволят за халатность.

В глазах девушки были тревога, надежда, набухивала очередная слезинка. Внутренне на один миг захотелось погладить по голове 23-х летнего ребенка. Внешне же ровным убедительным тоном я уверил ее, что все будет хорошо, истина восторжествует. Кстати, я точно помню, что владелец не потребовал с виновника вернуть деньги, но вот компенсировал ли он потерю пострадавшей секретарше, мне до сих пор неизвестно?

Большинство опрашиваемых вели себя достаточно адекватно, осознавали необходимость поиска вора, поскольку работать хотели с теми людьми, которым доверяют. Один из рабочих ювелирного цеха так и заявил, что сам бы удавил «крысу», т.к. на рабочем месте, уходя на обед в столовую,  оставляет подотчетное серебро. – Да он меня подставит в любой момент, просто заныкав несколько граммов металла.

В процессе расследования, как и в аналогичных служебках, еще раз проявилась интересная закономерность. На прямой вопрос, подозревают ли они кого-либо в данной пропаже, непричастные, как правило, хоть и с оговорками, начинают строить версии, и называть конкретные фамилии тех коллег, которые, по их мнению, могли совершить эту кражу. Причастные же в большинстве случаев заявляют, что они никого не подозревают, всем доверяют на 100%, и что вообще, они не «стукачи».

Наконец, в кабинете, предоставленном мне для работы,  появляется основной подозреваемый. Почему основной?  Не только потому, что прятал тело в куче других на собрании (так и хочется вспомнить горьковского пингвина в утесах). Но и по результатам видеозаписей рабочих мест всего списка, а также первых оперативных мероприятий, проведенных СБ в вечер пропажи. Мало совершить кражу, надо еще как-то вынести деньги с режимного предприятия. Или придумать убедительную легенду наличия такой суммы в обычный рабочий день. Из всего списка тех лиц, которые заходили в означенный час в приемную, при досмотре на выходе из проходной суммы в 10 и более тысяч рублей обнаружено не было. Из этого же списка только один человек в промежуток с 17.00 до 18.00, т.е. до окончания рабочего дня  выходил за пределы проходной в свою раздевалку. Подобное допускается при условии досмотра на проходной. Но какой досмотр? Примелькавшиеся лица то и дело шлындают туда-сюда, якобы забыв в раздевалке что-то нужное. Глаз охраны замылен. К тому же специальная рамка реагирует на металл, а не на деньги. По большому счету, совпадение этих двух событий – посещение приемной и выход за проходную с большой вероятностью указывали на виновное лицо. Именно об этом и докладывал начальник СБ владельцу предприятия. Но хозяин решил воспользоваться поводом к дополнительному воспитательному воздействию на коллектив, для чего и запустил полиграфную процедуру.

Сам же полиграф подтвердил причастность основного подозреваемого обычными прямыми тестами формата «ТСТ», а также тестами на «знание виновного». Удивительно, но факт. Который раз уже встречаюсь в подобных делах с попытками виновных лиц увести расследование в сторону, что, как правило, дает обратный эффект, т.е. более убедительно обличает их. Помню, как-то еще в конце 90-х из кабинета топ-менеджера саратовского банка, где я работал полиграфологом, пропали приличные по тем временам 100 тысяч рублей. Так вот. Через несколько дней после первого происшествия — пропажи денег, вдруг из того же кабинета из платяного шкафа пропали несколько женских вещей. Что за дела? Расследование идет полным ходом, а вор никак не угомонится! Тогда информацию о последней пропаже засекретили, что позволило обыграть это в тестах на знание виновного. Желание виновного перевести стрелки на уборщицу провалилось. Он показал убедительные реакции на то, что знает, какие именно юбка, колготки, нижнее белье пропало, что для мужчины странно. Так и здесь на серебряном заводе. Через несколько дней после пропажи  денег из приемной на телефон гендиректора поступила анонимная смс-ка о том, что по слухам, деньги украл некто из рабочих одного из цехов завода с указанием фамилии. Об этом эпизоде кроме владельца предприятия гендиректор никому не докладывала, что позволило составить тесты на осведомленность об этом событии. В тестах обыгрывалась не только указанная выше фамилия в ряду других, но и примерно время, когда была послана смс.  И чтобы вы думали? Основной подозреваемый показал четкие реакции на осведомленность об этом эпизоде. А ведь перед этим зафиксировал, что ничего такого ему неизвестно. Смех и грех.

Для специалистов-полиграфологов наличие убедительных реакций в тестах на «знание виновного» являются манной небесной в отчетах для заказчика. И судьи по уголовным делам и владельцы компаний по служебкам четко понимают логику этих тестов и через минуту предварительных  объяснений сами находят в графиках нужные изменения в физиологических параметрах. В этих случаях доказательство выглядит железобетонным, в том числе и для участников предстоящего финального собрания.

— У тебя есть выбор, — заявил владелец завода основному подозреваемому после предъявления полиграфных доказательств. – Ты можешь сейчас написать заявление и уволиться по собственному желанию. Либо завтра, результаты внутреннего расследования будут показаны на общем собрании.

— Но я не признаю своей причастности, — отвечает подозреваемый.

—  Гм, (друг мой или девочка моя), мне не нужно твое признание. Графики я видел собственными глазами. Я даю тебе возможность не портить себе еще совсем молодую жизнь. Я даже не требую вернуть деньги. Но только сегодня. Завтра на собрание я приглашу представителя правоохранительных органов, а после напишу заявление на возбуждение уголовного дела.

На человека, оказавшегося под таким психологическим давлением, было больно смотреть. Он с готовностью взял бумагу и тут же написал заявление. От проведения итогового собрания руководитель отказался, заявив, что люди и так сообразят, каковы результаты расследования.

Гендиректор прощаясь, посетовала на скучность обыденной жизни. Дескать, данное расследование привнесло в рабочую рутину некий ажиотаж, всплеск эмоций, коллектив находился в возбужденном состоянии, словно снимался детективный сериал.

20.08.2018г. Москва.

Автор: Анатолий Головин

Scroll Up